Айдана Ахмеджанова 
Впервые за более чем двадцать лет Канада одобрила разработку крупного уранового месторождения, что знаменует собой поворотный момент для ядерной энергетики страны и мирового рынка. Проект Phoenix, являющийся частью инициативы Wheeler River компании Denison Mines в провинции Саскачеван, получил зеленый свет от федеральных и провинциальных властей, открывая путь к строительству рудника и перерабатывающего завода.
Новый рудник будет использовать метод подземного скважинного выщелачивания (ISR) – технологию, которая считается более щадящей для окружающей среды по сравнению с традиционной открытой или шахтной добычей. Суть метода заключается в растворении урана под землей с помощью специального раствора и последующем его извлечении на поверхность. Такой подход значительно сокращает воздействие на ландшафт. Ожидается, что строительство займет около двух лет, а первая продукция будет получена к середине 2028 года.
Это решение принято на фоне растущего глобального спроса на стабильные и низкоуглеродные источники энергии. Ядерная энергетика, обеспечивающая постоянную выработку электричества в отличие от зависящих от погоды солнца и ветра, вновь оказывается в центре внимания. По данным Международного энергетического агентства, мировое потребление электроэнергии неуклонно растет, и к 2030 году этот рост будет составлять около 3,6% ежегодно. Основными драйверами выступают промышленность, электрификация транспорта, а также стремительное увеличение количества дата-центров.
Именно технологический сектор становится новым мощным стимулом для урановой отрасли. Энергоемкие центры обработки данных, необходимые для работы искусственного интеллекта и облачных сервисов, требуют колоссальных объемов круглосуточной и надежной энергии. Руководители компании NexGen Energy, разрабатывающей крупнейший в Канаде урановый проект Rook I, подтверждают переговоры с операторами дата-центров. Обсуждаются вопросы финансирования добычи и заключения долгосрочных контрактов на поставку урана. «Эти технологические компании обязаны обеспечить энергией свои многомиллиардные инвестиции в дата-центры», – отмечает CEO NexGen Ли Кюриер. Подобная стратегия напоминает действия автопроизводителей, которые инвестируют в добычу лития для обеспечения поставок аккумуляторов.
Ситуация на мировом рынке урана становится все более напряженной. Цены на сырье растут, отражая дисбаланс спроса и предложения. Геополитические факторы лишь усугубляют дефицит: США вводят запрет на импорт обогащенного урана из России, которая контролирует около 44% мировых мощностей по обогащению. Чтобы снизить зависимость, Вашингтон инвестирует миллиарды в развитие собственного производства. Одновременно Китай активно наращивает свой ядерный флот – в стране строятся 34 новых реактора вдобавок к 58 уже действующим. По прогнозам, к 2030 году потребности Китая в уране составят 27% от общемирового спроса, притом что собственная добыча покрывает лишь малую часть.
Аналитики S&P Global ожидают, что цикл роста на рынке урана продлится как минимум до 2028 года, подогреваемый спросом со стороны атомной энергетики и дата-центров. Прогнозируется, что к 2033 году мировое производство урана вырастет на 141%, а доходы отрасли могут превысить 14,9 млрд долларов. Если сегодня на рынке доминируют такие гиганты, как «Казатомпром» и Cameco, то после 2028 года новую волну предложения обеспечат именно канадские проекты от NexGen и Denison.
Таким образом, возрождение урановой добычи в Канаде – это не просто локальное событие, а отражение глобального тренда. В нем пересекаются стремление к декарбонизации, задачи национальной энергобезопасности и новая экономическая реальность, где IT-гиганты напрямую влияют на сырьевые рынки. Для Канады это шанс укрепить свои позиции в качестве ключевого поставщика топлива для мирового ядерного ренессанса.
