Аружан Есенова Великобритания законодательно зафиксировала новую промежуточную цель по сокращению выбросов парниковых газов на 87% к 2040 году относительно уровня 1990 года. Соответствующее решение, принятое на основе рекомендаций независимого Комитета по изменению климата, ляжет в основу седьмого углеродного бюджета страны на период с 2038 по 2042 год. Эта инициатива призвана обеспечить плавный переход к полной климатической нейтральности, запланированной Лондоном на 2050 год.
По официальным данным, к настоящему моменту Великобритания уже сократила эмиссию парниковых газов примерно на 54% по сравнению с базовым 1990 годом, став одним из лидеров по темпам декарбонизации среди крупнейших экономик мира. В 2025 году объём выбросов в стране снизился до 367 миллионов тонн в эквиваленте углекислого газа. Однако эксперты подчёркивают, что последующие этапы снижения углеродного следа окажутся существенно сложнее предыдущих.
Основной прогресс последних трёх десятилетий был достигнут за счёт энергетического сектора. С 1990 года выбросы от сжигания угля в Великобритании сократились на 99%, а закрытие последней угольной электростанции ознаменовало фактическое прекращение использования этого вида топлива в национальной электроэнергетике. Дальнейшее сокращение эмиссии уже невозможно обеспечить только за счёт отказа от угля в пользу природного газа или возобновляемых источников энергии.
Сейчас на первый план выходят сектора, декарбонизация которых требует глубоких структурных изменений и значительных капиталовложений. По состоянию на 2025 год крупнейшим источником выбросов в Великобритании остаётся транспорт, на долю которого приходится 31% совокупной эмиссии. Далее следуют жилой и коммерческий сектора (22%), сельское хозяйство (13%), промышленность (11%) и электрогенерация (10%).
Для достижения заявленной цели к 2040 году Комитет по изменению климата указывает на необходимость масштабного внедрения экологически чистых технологий. В частности, выбросы от наземного транспорта должны сократиться на 86% к уровню 2023 года, а в жилом секторе – на 66%. Это потребует от потребителей массового перехода на электромобили и тепловые насосы, а от бизнеса – масштабных инвестиций в энергоэффективность. Правительство рассчитывает, что эти меры укрепят энергетическую безопасность страны и снизят её зависимость от импорта ископаемого топлива.
Тем временем климатическая повестка превращается в поле внутриполитического противостояния. Поводом для дискуссий стали утёкшие в прессу обсуждения внутри правящей Лейбористской партии. Бывший премьер-министр Тони Блэр призвал пересмотреть расходы на декарбонизацию, указав на необходимость обеспечения дешёвой энергией экономического роста и проектов в сфере искусственного интеллекта. Оппозиционные консерваторы и правая партия «Реформа Великобритании» выступают с ещё более радикальной критикой, призывая к расширению внутренней добычи нефти и газа.
Министр энергетики Эд Милибанд настаивает на экономической целесообразности выбранного курса. По оценкам правительства, с июля 2024 года Великобритания привлекла около 90 миллиардов фунтов стерлингов инвестиций в чистую энергетику, а в «зелёном» секторе экономики уже занято более миллиона человек. Опыт европейских стран также показывает, что экологическая трансформация становится частью долгосрочной промышленной стратегии: Европейский союз к настоящему времени сократил выбросы на 40% за счёт внедрения возобновляемых источников и модернизации промышленности. Тем не менее балансирование между климатическими обязательствами, экономической доступностью энергии и темпами технологического перехода остаётся главным вызовом для британских властей на ближайшие полтора десятилетия.
