Аружан Есенова Мировые цены на медь достигли многолетних максимумов весной 2026 года на фоне перебоев в поставках и структурного дефицита на рынке металлов. На Лондонской бирже металлов котировки преодолели отметку в 14 тысяч долларов за тонну, вплотную приблизившись к историческим рекордам. На американской площадке COMEX фьючерсы также продемонстрировали одно из самых сильных ралли последних лет, достигнув 6,64 доллара за фунт. Несмотря на локальную коррекцию, вызванную жесткой риторикой Федеральной резервной системы США и накоплением запасов готовой продукции в Китае, металл торгуется на 40 процентов дороже прошлогодних значений.
Ключевым драйвером роста цен стала растущая неопределенность с поставками сырья из Латинской Америки и Азии. Правительство Перу – третьего по величине производителя меди в мире – ввело чрезвычайное положение из-за усугубляющегося энергетического кризиса. Приоритетное энергоснабжение населения и социальных объектов создает прямые риски ограничения мощностей для промышленных потребителей, включая горнодобывающий сектор. Ситуация усугубляется проблемами на индонезийском руднике «Грасберг» компании Freeport-McMoRan, где после крупного инцидента объемы производства упали практически вдвое. По оценкам отраслевых экспертов, полное восстановление работы этого актива откладывается до 2027 или 2028 года.
Перебои в добыче вынуждают аналитиков пересматривать прогнозы глобального баланса на рынке промышленного сырья. Международная исследовательская группа по меди ожидает дефицит на уровне 150 тысяч тонн по итогам 2026 года. Оценки инвестиционного банка J.P. Morgan указывают на возможную нехватку до 330 тысяч тонн – этот разрыв обусловлен не только сокращением предложения, но и устойчивым спросом со стороны китайской промышленности. Азиатские производители продолжают наращивать экспорт товаров с высокой медной емкостью, включая электромобили, литий-ионные батареи и солнечные панели.
Фундаментальную поддержку рынку оказывает глобальный энергопереход и развитие цифровой инфраструктуры. Медь окончательно закрепляет за собой статус стратегического металла, критически важного для электросетей, проектов декарбонизации и электротранспорта. Дополнительным фактором становится бурный рост центров обработки данных для систем искусственного интеллекта. Формирующийся структурный дефицит указывает на то, что медь теряет свойства классического циклического товара, превращаясь в базовый актив для долгосрочных технологических и климатических проектов.
