Асель Сагиева Европейская экономика переходит к практическому этапу структурной декарбонизации. На фоне волатильности цен на традиционные энергоносители и жесткого регуляторного давления в регионе фиксируются три параллельных процесса: коммерческий запуск беспилотного транспорта, рост продаж электромобилей и планомерное снижение углеродных выбросов в рамках европейской системы торговли квотами. Эти факторы указывают на фундаментальное изменение подходов к мобильности и энергопотреблению, хотя темпы трансформации остаются неравномерными в зависимости от сектора и конкретной юрисдикции.
Одной из точек технологического сдвига стал Загреб, где хорватская компания Verne, созданная на базе подразделения Rimac Group, запустила первый в Европе коммерческий сервис роботакси. Проект использует платформу седьмого поколения от китайского разработчика Pony.ai, интегрированную в электромобили Arcfox Alpha T5 производства корпорации BAIC. Операционная зона охватывает девяносто квадратных километров в центральной части хорватской столицы, включая территорию аэропорта. На начальном этапе на переднем сиденье находится оператор, однако для пассажиров поездка проходит в полностью автономном режиме. Сервис доступен через фирменное приложение и работает ежедневно с семи утра до девяти вечера.
Европейский рынок долгое время уступал США и Китаю в сфере автономного транспорта из-за консервативного законодательства – коммерческий старт в Хорватии создает прецедент для масштабирования технологии на континенте. Партнеры проекта обсуждают расширение парка до нескольких тысяч машин и выход в два десятка городов по всему миру, при этом в качестве инвестора и партнера для дальнейшего развертывания сети выступает агрегатор Uber.
Параллельно на автомобильном рынке региона наблюдается существенный рост спроса на легковые электромобили. По данным Benchmark Mineral Intelligence, в марте объем реализации впервые превысил отметку в пятьсот тысяч единиц, а по итогам первого квартала продажи достигли более миллиона машин, показав рост на четверть в годовом выражении. Основным катализатором стал рост стоимости моторного топлива, спровоцированный логистическими сбоями на нефтяном рынке. В ряде государств Европейского союза цены на бензин выросли на семнадцать процентов, а дизельное топливо подорожало почти на треть, достигнув многолетних максимумов.
Особенно показательна динамика в Германии, крупнейшем автомобильном рынке региона. После отмены субсидий в 2024 году продажи там заметно снизились, однако в 2026 году правительство возобновило программы поддержки «зеленого» перехода, предложив покупателям компенсации до шести тысяч евро. На фоне стоимости дизеля, превысившей два с половиной евро за литр, доля электрокаров в структуре новых регистраций в стране достигла двадцати четырех процентов. Аналогичные процессы фиксируются в Великобритании, где мартовские продажи аккумуляторных машин выросли на четверть. Экономическая целесообразность перехода подтверждается расчетами: в Бельгии стоимость километра пробега на электротяге при условии домашней зарядки теперь обходится в среднем в два раза дешевле по сравнению с машинами на двигателях внутреннего сгорания.
Трансформация транспортного сектора синхронизирована с изменениями в энергетике и промышленности. Европейская комиссия зафиксировала снижение выбросов в рамках системы торговли квотами EU ETS на 1,3 процента по итогам 2025 года. С момента запуска системы в 2005 году эмиссия парниковых газов в охватываемых ею отраслях сократилась вдвое. Главным драйвером стала электроэнергетика, где доля возобновляемых источников достигла сорока восьми процентов. Совокупная выработка ветряных и солнечных электростанций впервые превысила долю ископаемого топлива, заняв около трети в энергобалансе региона. Использование угля при этом упало до девяти процентов, что является историческим минимумом.
Несмотря на макроэкономические показатели, процесс отказа от углеводородов сопряжен с системными сложностями. Рынок природного газа остается волатильным, поскольку этот ресурс по-прежнему используется для балансировки энергосистемы. Восстановившийся после пандемии спрос на авиаперевозки привел к росту выбросов в транспортном секторе, который традиционно считается наиболее трудным для декарбонизации. Стоимость углеродных квот зафиксировалась в диапазоне 70–75 евро за тонну, отражая стабильный спрос со стороны промышленности. Текущая ситуация демонстрирует, что переход к безуглеродной экономике перешел в фазу рыночной трансформации инфраструктуры, но его полное завершение потребует преодоления масштабных технологических ограничений.
